Home » In Russian

Владимир Буковский в 1993 году: Никогда этой стране не хватало мужества освободиться

2019.10.29 Един коментар

Владимир Буковский (1942-2019). Фото: Константин Проворов /ТАСС

Писатель Владимир Буковский умер в Кембридже на 77-м году жизни. Его, стойкого противника советской власти, много раз арестовывали за политические взгляды. Буковский жил на Западе, но критиковал и тамошние порядки, выступая против ЕС и войны в Югославии. В 2007 году он безуспешно пытался стать кандидатом в президенты России.

В 1970-е годы Буковский был одним из символов диссидентского движения в СССР. За годы советской власти он провел в общей сложности 12 лет в заключении и на принудительном лечении в психиатрических больницах. Как и многим противникам Советов, Буковскому был поставлен диагноз «вялотекущая шизофрения», который использовался властями для борьбы с инакомыслящими.

В 1976 году советское правительство обменяло его на лидера чилийских коммунистов Луиса Корвалана.

После приезда на Запад Буковский проживал в Кембридже (Великобритания), где продолжал активную политическую деятельность, сочетая ее с научной: он окончил Кембриджский университет по специальности «нейрофизиология».

В 1978 году на Западе вышла его автобиография «И возвращается ветер», которая позже была опубликована в России. В ней есть немало любопытных эпизодов — о диссидентской деятельности Буковского знали даже бабушки у подъезда, которые просили соседа «раскритиковать по бибисям» (британское радио «Би-би-си») неугодного им начальника жэка.

Буковский был одним из организаторов кампании по бойкоту московской Олимпиады-80. В 1983 году участвовал в создании международной антикоммунистической организации «Интернационал сопротивления», а впоследствии был избран ее президентом. Выступал против войны в Афганистане.

Впервые после своего отъезда из СССР Буковский приехал на родину в апреле 1991 года по приглашению тогдашнего российского лидера Бориса Ельцина.

В 2002 году в Кембридж на встречу с Буковским приезжал лидер фракции СПС в Государственной думе Борис Немцов. По сообщениям прессы, Буковский призывал Немцова к переходу в радикальную оппозицию Владимиру Путину.

В 2004 году Владимир Буковский стал соучредителем общественно-политического «Комитета — 2008: Свободный выбор», в состав которого вошли некоторые оппозиционные политические деятели, в том числе Гарри Каспаров, Борис Немцов, Владимир Кара-Мурза-младший, Евгений Киселев…

Источник: Gazeta.ru

————————————————————————–

Владимир Буковский в РАН в 1993 году:

“Никогда этой стране не хватало мужества освободиться”

Текст выступления диссидента Владимира Буковского на международной встрече в Российской Академии Наук, посвященной настоящему и будущему России, 28 июня 1993 года. Текст приводится по изданию: “Континент”, 1993. № 77.

Борис Немцов и Владимир Буковский. Фото: Рhilologist.livejournal.com

Вы получили ровно то, что хотели

Быть может несколько неожиданно я хотел бы начать с поздравления Александру Зиновьеву с его первым приездом в Москву и пожеланием ему большого успеха, которого он безусловно заслуживает. Что же касается меня, то это мой далеко не первый приезд в эту страну, но, боюсь, один из последних. Чем чаще я сюда езжу, тем меньше у меня остается надежды на ее возрождение. Тем меньше я чувствую, что хоть как-то могу этому возрождению помочь или хоть что-то сюда привнести. Было время, когда известное высказывание о том, что каждый народ заслуживает свое правительство, нельзя было, с моей точки зрения, по всей справедливости применить к нашему народу, поскольку он коммунистов не выбирал. Было время, когд а рабское послушание тоталитарному режиму и готовность с ним сотрудничать легко можно было объяснить просто страхом репрессий. Тогда, в те годы, я считал себя вправе, да и более того — обязанным говорить от лица тех, кому закрыли рот, бороться за право свободного выбора внутри страны и защищать достоинство этой страны за рубежом.

В те времена, когда одно слово правды было сильнее многих дивизий, потому что за него платили жизнью, я считал почетной обязанностью этой стране служить. Сегодня у меня нет ни этого оправдания, ни этого права. После крушения коммунистического режима, возникшего в результате его полного истощения, страна имела возможность выбрать то руководство, которое она заслуживает, и обрести себе тех героев, которыми она желает восхищаться. К сожалению, я должен сказать, большинство из них не относятся к тем людям, с которыми я хотел бы оказаться за одним столом. Вот небольшой, но, с моей точки зрения, очень показательный пример. Я привез его специально с собой. Это интервью популярной английской газете известного вам человека, бывшего генерала КГБ, а ныне большого героя российской демократии Олега Калугина под гордым заголовком: “Я организовал убийство Маркова”. Для тех из вас, кто не знаком с деталями этого дела, напомню вкратце, что Георгий Марков, болгарский диссидент, был убит в 1978 г. в Лондоне при очень загадочных обстоятельствах: отравленным шариком, выстреленным из специально сделанного зонтика. Он был убит за то, что в своих передачах по радиостанции “Свободная Европа” говорил правду о болгарском коммунистическом боссе Тодоре Живкове. И вот сегодня генерал Калугин не без гордости рассказывает нам, как он это убийство организовал по просьбе болгарских товарищей и как за свои усили я был награжден подарком — охотничьим ружьем.

Сам по себе пример может быть и не интересен и о нем можно было бы не упоминать, если бы не полное отсутствие раскаянья в этом интервью, каких-либо угрызений совести. Калугин считает, что он полностью оправдан, когда ссылается на приказ Андропова. Он говорит: было бы самоубийственным для меня не подчиниться приказу Андропова. Как будто бы ровно такие же объяснения и оправдания человечество уже не отвергло 46 лет назад, как будто бы ровно эта линия защиты не была уже опробована на Нюрнбергском процессе, но не спасла его немецких коллег. Этот пример вам может показаться крайним, может быть резким, может быть исключительным. Но так ли это? Я уже не говорю о том огромном количестве просто бывших работников КГБ, которых можно найти и в аппарате, и в Верховном Совете, и в исполнительской власти. Я уже не говорю о том, что все те судьи, которые в свое время посылали нас в ГУЛАГ, до сих пор судьи. И судят других людей. Это как бы деталь. Но посмотрите хотя бы на новых лидеров, на тех новых руководителей, которых вы выбираете. Разве это не те самые люди, которые привели страну к нынешнему краху, нынешн ей разрухе? Или, по крайней мере, способствовали этому весьма активно? Разве они не оправдывают себя тем, что выполняли приказ начальства?

И вот, в отличие от остального человечества, которое морально отвергло такие оправдания 46 лет назад, здесь, в этой стране, их продолжают принимать как должное. Более того — довольно значительное большинство бывшего советского населения даже предпочло таких людей их оппонентам, очень часто бывшим политзаключенным — ну, в частности, пару лет тому назад на Украине или совсем недавно в Литве. И если это большинство действительно верит, что в их странах может наступить национальное возрождение под руководством бывших членов Политбюро Кравчука и Бразаускаса, или в Грузии под руководством Шеварнадзе, а Азербайджане под руководством Алиева, то я желаю им удачи, но в удачу эту я не верю. И точно также не приведут вас к лучшей жизни все те стареющие комсомольские вожди и партийные чиновники, которых вы выбрали в России. Глядя на них, я невольно вспоминаю старый, популярный в 63-м году анекдот о том, что три качества несовместимы в одном человеке — ум, честность и партийность.

И поэтому теперь, когда вы выбираете их, у вас должна быть мучительная процедура выбора в основном между дураком и подонком. Для большинства из этих людей потрясение, недавно произошедшее в России, вовсе не означает революцию, они не воспринимают это как революцию, освободившую людей от тоталитарного контроля, а стало быть требующую некоторого совершенно иного концептуального видения будущего. Они воспринимают это как продолжение своей карьеры, вполне для них естественной. Как возможность перейти из областных кресел в республиканские в той же самой системе иерархической структуры. Демократия, как правило, для них означает не что иное, как хорошо контролируемую социалистическую “демократию”, в то время как рыночная экономика означает для них в лучшем случае не что иное, как коррупцию. Поэтому в лучшем случае от них можно ожидать преследования любой частной инициативы или в худшем — оправдания своей собственной коррупции нуждами рыночной экономики. Короче говоря, если эти люди и способны что-либо создать, то скорее всего новую мафию на месте старой. Новую политическую систему, которую за неимением специального термина, я бы назвал клептократией, — ну, как в слове клептомания. Это тот самый третий путь, о котором они так любят говорить.

Наше будущее, если так будет продолжаться, как идет сейчас, очень легко увидеть, даже не прибегая к черной магии. Я вам такой пример приведу. Вот есть в Африке страна, называющаяся Нигерия. Это большая и богатая страна. В ней живет более 120 миллионов населения. В ней очень много природных богатств, газа, нефти и иных минералов. И у нее были все возможности стать одной из преуспевающих стран мира, поскольку после ее освобождения и провозглашения независимости в 1960 г. она получила почти безграничную помощь, субсидии и кредиты от различных международных финансовых институций — таких, как Мировой банк и Международный валютный фонд. Более того, если смотреть со стороны, то в ней существует даже вроде бы и демократия, и рыночная экономика. И однако это одно из наиболее несчастных мест на планете, — ровно потому, что она выбрала в свое время подобного рода “третий путь” и управляется теперь этой самой клептократией. Столица государства Лагос — один из наиболее дорогостоящих городов на земле. Никакой нормальный человек там не в состоянии просуществовать, даже средний турист там не может прожить больше, чем несколько дней. Он просто не может себе это позволить. Таким образом, эта столица оказалась населенной в основном или представителями международных компаний и организаций, или их местными партнерами из числа коррумпированной элиты, через руки которых проходят и все богатства страны, и вся международная помощь.

В то же время страна за пределами Лагоса продолжает оставаться такой же нищей, как Эфиопия, и это состояние продолжается уже более тридцати лет и может, наверное, продолжаться до бесконечности. Это и кажется мне наиболее вероятным сценарием, хотя и печальным, нашего российского будущего, за исключением, может быть, того, что, в отличие от Нигерии, Россия еще и распадется на много составных частей. Может быть, — до уровня удельных княжеств, которое каждое будет печатать свою валюту, каждое создаст таможенную службу и еще каждое будет ссориться со своим соседом. Очень легко себе представить, как лет через 10 все будут сидеть по своим суверенным деревням и ворчать, жаловаться, и обвинять во всем несчастную судьбу России, обвинять кого угодно в своих несчастиях, кроме самих себя; кого угодно — иностранцев, ЦРУ, только не самих себя, хотя в реальности все произошедшее — результат вашего собственного выбора, и винить больше некого. Это был ваш сознательный выбор, благодаря которому вперед, на позиции власти в стране в послекоммунистический период вышли ровно те самые люди, которые и привели ее в это состояние; те самые люди, которые вчера служили Империи зла, которые гадили и преследовали этот народ 75 лет, а теперь оказались отъявленными демократами, хотя все прекрасно знают, кто они.

Таким образом, возникшая сейчас картина печальна, но очень похожа на некогда сказанное Галичем в одной из его песен: а над гробом встали мародеры .и несут почетный караул: но это был ваш выбор. И правда, печальная правда, состоит в том, что наше общество никогда не набиралось мужества, чтобы встать против тоталитарного режима, оно никогда не могло выдавить из себя раба — ни по капле, ни струйками, и вместо того, чтобы сопротивляться злу, каждый норовил к нему приспособиться, устроить свою карьеру и каким-то образом продолжать жить. Я никогда не забуду, как освободившись из тюрьмы где-то в 65-м году, я внезапно не мог найти ни друзей, ни знакомых, Все они как-то мистическим образом исчезли. И вот даже если я случайно кого-то из них встречал на улице, — этот человек или толкал вперед коляску с ребенком (вроде моральная опора своему существованию), или торопился с портфельчиком под мышкой и, не поднимая глаз от земли, бубнил: “Извини, старик, у меня теперь обязанность воспитать детей, сначала — получить степень, защитить диплом, вот только потом можно о чем-то говорить ”…

Для них это казалось прекрасным объяснением, оправданием их компромисса со злом — наличие детей, необходимость защищать диплом, написать очередную книгу и т.п ., а я никак не мог понять — и действительно недоумевал, — зачем все это, неужели не понятно, что отдавать свой талант, свои способности этому режиму в руки совершенно бессмысленно? Это ни к чему не приведет, а все, что ты этому режиму отдашь, будет использовано против человечества, ему во вред, а стало быть и тебе не на пользу. Я никак не мог понять, как можно воспитывать и растить детей в этой стране, в которой в результате они станут или убийцами, или убитыми, или палачами, или жертвами. Ведь никакого другого продукта эта чудовищная система создать не могла. И действительно, ровно это и случилось через 20 лет. Те самые дети, которые казались таким удобным предлогом для компромисса с совестью, были посланы в Афганистан, чтобы стать или убийцами, или убитыми, а те самые драгоценные дипломы и ученые степени, книги и прочие достижения, не спасли страну от разрухи и не помогли ей выжить в критический момент. Но они сделали тех, кто участвовал в этом процессе, соучастниками преступления вольно ил и невольно — и до такой степени, что когда пришла возможность стране освободиться, никто уже не знал, что это такое, и никто не захотел рисковать. Все, что оказались способны делать — это провозглашать одного или другого бывшего партийного аппаратчика очередным спасителем человечества, очередным спасителем отечества, будь то Горбачев или Гайдар, Ельцин или Явлинский, и в тот самый момент, когда народная революция постучалась в дверь в апреле 1985 г ., вдруг обнаружило наше общество, что старый режим ему ближе неизвестного нового, что оно меньше боится партии, чем народа.

Я в это время был случайно в Москве и помню эти дебаты. Я был наверное одним из немногих, кто говорил о необходимости всеобщей забастовки, кампании гражданского неповиновения в поддержку бастующих шахтеров, а в остальном, как я помню, все были только напуганы: говорили о необходимости левоцентристской коалиции, Новоогаревского сговора, о каком-то круглом столе с партией, хотя об этом круглом столе говорить было нелепо, даже в Польше эксперимент Круглого стола к тому времени был признан ошибочным. А уж здесь, без тех мощных многомиллионных масс “Солидарности”, которые были в Польше, все это могло привести только к моральной капитуляции. Словом, московская интеллигенция испугалась —- так же, как испугались все те именовавшие себя демократией, формулировавшие политику оппозиции деятели, которые заговорили о том, что это опасно, что может быть военный заговор, кровопролитие… Как будто все это не началось с января 1991 г. Между тем это был один из наиболее решающих моментов в нашей истории.

Впервые за 75 лет безжалостного коммунистического режима страна была готова бросить ему вызов ненасильственный, но решительный. Этот импульс, объединявший в то время все группы и национальности нашей страны, был уже и сам по себе бесценен, по тому что только те, кто обретает свое достоинство, могут создать новое общество. Новая демократическая система не может появиться в стране, если люди сами ее не завоюют, если они не достигнут моральной победы, потому что хотим мы этого или не хотим, но свободу получить нельзя, ее можно только завоевать. Но тогда все испугались, испугались свободы и связанной с ней ответственности. И выбрали то, что тогда называли и теперь называют социальным миром. Что ж, наслаждайтесь этим социальным миром. То, что вы сейчас имеете, это и есть плоды социального мира с номенклатурой, которую вы и выбрали. Вы получили ровно то, что хотели, потому что никогда этой стране не хватало мужества освободиться. И, таким образом, вы как бы оказались между небом и землей, во взвешенном состоянии. Здесь все еще нет ни демократии, ни рыночной экономики. Но обе идеи уже полностью дискредитированы. И что же вы теперь будете делать — сидеть и ждать еще одного спасителя, еще одного героя? Кто же он будет на этот раз? Генерал Руцкой, большой специалист по уничтожению мирных кишлаков, или генерал КГБ Стерлигов, или андроповский помощничек Вольский, или горбачевский помощничек Явлинский? Кого вы будете теперь ждать?

Я прошу прощения за некоторую резкость того, что я говорю. Я вовсе не хочу доказать, что кто-то виноват в происходящем больше, чем другой. Напротив, я хочу сказать, что возрождение этой страны невозможно без нравственного возрождения, без осознания того, что все мы внесли свою лепту в это несчастье, что все мы в какой-то степени виноваты. К сожалению, страна до сих пор не излечилась от коммунистических болезней и прежде всего потому, что не хочет посмотреть себе в душу и признаться в соучастии в преступлениях этого режима, осознать их, постараться от них избавиться. Чем дольше это не происходит, тем меньше, с моей точки зрения, шансов на выздоровление. Наивны те люди, которые думают, что можно легко перешагнуть через горы трупов и реки крови и идти себе вперед, не оглядываясь, как будто ничего этого не случилось, — рука об руку и палач, и жертва. К сожалению, таких чудес не бывает.

Прошлое возвращается. И не дает людям жить дальше. Ничто положительное не может возникнуть в атмосфере лжи, обмана, подозрения и недоверия. И чем дольше все это продолжается, тем меньше я, например, верю в какую-либо пользу своих приездов, в какую-либо возможность что-либо делать, тем меньше я чувствую себя дома здесь, в этой стране. Но это же чувствуют, я думаю, и те, кто сейчас управляют нашей страной. Всего не далее, как две недели том у назад, 14 июня, я вдруг услышал замечательную новость по “Новостям” Останкинского телевидения о том, что здесь, в Москве, Конституционное совещание приняло новую поправку к новой Конституции, которая рассмешила до слез меня своей трогательной откровенностью. Эта поправка говорит о том, что не может избираться в Президенты России никто, кто жил за пределами России последние 15 лет и имеет иностранное гражданство. Казалось бы, страна, которая стремится к демократии и рыночной экономике, должна приветствовать людей, которые хотя бы что-то знают о том и о другом и знают не понаслышке, не по книгам, а из первых рук. Казалось бы, все должно быть ровно наоборот, как в Чехословакии, где на 5 лет запрещена политическая деятельность всем тем, кто занимал руководящие посты при коммунистическом режиме. В этом, по крайней мере, заложен тот смысл, что страна предупреждает, предотвращает возможность возвращения старого режима.

Но в России все шиворот-навыворот и вверх ногами. Здесь изобретают всегда третий путь. В данном случае путь этот в том, как создать демократию без демократов. Надеюсь, мне не нужно объяснять вам, кто и почему был вынужден жить за границей 15 лет, — также как мне не нужно объяснять вам, кто и почему торопился принять новую поправку. Как говорится, на воре и шапка горит. Эти люди знают, что у них нет ни малейшего морального права находиться там, где они находятся. Но я поражен этой памятью, поражен этим испугом. Я никак не могу понять — в чем дело, кого так внезапно испугались? Никто из нас, никто из людей, которые так или иначе подходят под квалификацию этой поправки, никогда не проявлял ни малейшего намерения отнять теплые кресла у правящей власти. Совсем напротив, каждый из нас многократно объявлял о своей лояльности к существующему режиму и, в общем-то, нежелании как-либо участвовать в политической борьбе.

Более того — мне кажется, я неоднократно говорил и о том, что для меня сама мысль о необходимости состязаться с бывшими генералами КГБ и партийными работниками за доверие народных масс просто унизительна. Я не могу себе представить, что я выйду к людям и скажу — голосуйте за меня, бывшего политзаключенного, а не за моего кгбэшного тюремщика. Такая мысль для меня и оскорбительна, и смешна. Страна, в которой нужно объяснять такие вещи, безнадежна, так что я не вижу никаких оснований для такого беспокойства, такой паники — пусть товарищи успокоятся. И более того — чтобы еще более их успокоить, я вполне готов вернуть свой недавно обретенный российский паспорт, вернуть недавно обретенное российское гражданство и больше никогда сюда не приезжать. В самом деле — а почему я должен ехать в страну, которая официально объявляет меня гражданином второго сорта? Даже в Англии, в стране, мне ничем не обязанной, никто не запрещает мне легально заниматься любой политической деятельностью, даже стать премьер-министром, если мне это почему-то взбредет в голову. Даже в Америке достаточно родиться на территории Соединенных Штатов Америки, чтобы иметь право избираться потом в президенты, независимо от того, где вы провели последние 15 лет.

В России, в стране, в которой пытаются уйти из прошлого, страшного диктаторского прошлого, такое законодательство просто нелепо. Но оно есть. Оно создано людьми, которые боятся настоящего и будущего. Я хотел бы закончить пожеланием того, чтобы все-таки произошли какие-то сдвиги, какие-то изменения в нравственной сфере, потому что, повторяю, без этих изменений я не верю ни в какие последующие успехи, ни в какое возрождение. И прежде всего хочется надеяться, что появятся какие-то новые более активные тенденции у нового поколения, входящего в жизнь. Одной из потрясающих черт нынешнего кризиса, с моей точки зрения, именно то и является, что наиболее пассивной частью нашего общества стала молодежь. Это беспрецедентно, я не знаю в истории ни одного примера потрясений социальных, тем более революций, которые происходили бы без участия молодежи. Мне кажется, что если молодежь в этой стране не найдет себе дела, не увидит возможности изменения, мирного законного изменения страны, системы, то никогда и ничего здесь и не произойдет. И все то, что мы в свое время сделали, все наши попытки сохранить хотя бы какой-нибудь огарок надежды — все это окажется напрасным. И это для меня было бы очень печально.

Источник: Рhilologist.livejournal.com

.

One Comment »

  • ВБ said:

    Големият писател, дисидент и правозащитник Владимир Буковски е прекарал 12 години в съветски затвори и на принудително “лечение” в психиатрия, разменен е за Луис Корвалан и заминава за Великобритания. Тази нощ той почина на 76 годишна възраст в дома си в Кеймбридж.

    Той беше непреклонен борец за истината и срещу тиранията.

    Поклон!

    Публикуваме откъс от книгата му “Един дисидент сред архивите на Кремъл. Измамата на века: операция “перестройка”. В думите му ще откриете много събития или тенденции, които звучат изключително актуално за днешния ден.

    ……………………………………………………………………

    “Новият” политически елит, който се появи, не бе нищо друго освен старата номенклатура, своевременно пригодила се към новите условия.

    Оттук нататък този елит не се нуждаеше от социални реформи, както и от старата идеология, защото той държеше в ръцете си и търговските структури, и собствеността, и фиктивните партии, и средствата за масово осведомяване, и международните връзки с “приятелите” до вчера.

    Навлиза се в нова ера, тази на “властта в сянка“, когато вече не може да се определи зад кого какво се крие и кой в служба на какво е.

    Ерата на клептокрацията (управлението на крадците – управление, при което важните решения се вземат в интерес на тесен кръг хора, които са на власт), от която страната, както изглежда няма да може повече да се измъкне.

    Възраждащата се номенклатура успя да се прегрупира и да изработи нова стратегия, този път напълно демократична. Вече не бяха нужни пучове и заговори.

    Бившите комунисти трябваше само да се представят като “демократична опозиция“, защитаваща интересите на обикновените хора, и да блокират или саботират всяка друга реформа.

    И тъй като те господстваха и в изпълнителната, и в законодателната власт, успехът им бе сигурен в тази нова игра на “демокрация”.

    Бюрокрацията се разрасна и завладя всички сфери на управлението, като го направи неконтролируемо и невероятно корумпирано. Функционерите от бившата комунистическа партия, които, разбира се, без изключение бяха демократи, се превърнаха много бързо в бизнесмени, като заграбиха множество интересни държавни обекти.

    Главатарите на черния пазар и криминалните си поделяха останалото. Това не само породи негодувание сред общественото мнение, но и създаде лоша репутация на самото понятие пазарна икономика.

    Страната беше готова да отхвърли режима, но новият елит, “демократите”, родени от перестройката, не бяха готови. В по-голямата си част случайни хора, станали известни чрез привидни избори, в които всяка нова фигура беше за предпочитане пред старите, те бяха много по-близко до режима, отколкото до народа.

    И съвсем не се стремяха към радикални промени, при които имаше опасност самите те да бъдат изхвърлени зад борда и лишени от статута им на водачи.

    Най-сериозният въпрос е следният: какво може да се направи?

    Що се отнася до Запада, отговорът е ясен: почти нищо.

    Даже днес, колкото и да желае Западът да помогне, парите, които би могъл да отпусне, няма да са от кой знае каква полза, още повече, че по-голямата част от тази сума ще бъде отклонена от корумпираната бюрокрация. Ясно е, че проблем от подобна величина не може да бъде разрешен отвън.

    Той не може също така да бъде разрешен и отвътре, освен ако някое ново поколение от бунтари не изплува от този хаос и не извърши онова, което неговите страхливи родители не намериха смелостта да направят.

    Да премахне остатъците от тоталитарния режим, превърнали се в мафия, да отстрани поколенията, корумпирани от десетилетията на робство, и да се захване да гради едно ново общество.

    Уви, подобно чудо е немислимо при сегашната обстановка на престъпност и анархия, на разложение и апатия.

    У днешната младеж бунтарството се изразява най-вече в желанието да емигрира – желание, което понастоящем присъства у 75% от младежите под 25 години според проучванията.

    А най-предприемчивите вземат пример от гангстерите, които се перчат със своите мерцедеси.

    За нещастие, ние не съумяхме да се възползваме от неочаквания случай, какъвто представляваше смъртта на комунизма. Не отстранихме неговите привърженици, не разобличихме техните престъпления, не опровергахме техните бълнувания и най-вече не се научихме, как да се съпротивляваме на съвременната им чума.

    Колкото и да е тъжно, трябва да приемем факта, че всички наши усилия, всички наши жертви се оказаха безполезни.

    В края на краищата като че ли човек е недостоен за свободата, която му е била отредена и при изпитанието той не намери нито смелостта, нито необходимото себеуважение, за да бъде достоен за задачата си. Поради това ние не станахме нито по-добри, нито по-мъдри, нито по-чисти.

    А и самото изпитание няма повече смисъл, от което и да било чудовищно земетресение, което е избило стотици милиони хора.

    Един дисидент сред архивите на Кремъл
    Измамата на века: операция “перестройка”
    Издателска къща “Албор”, София, 1997 г.

Leave your response! Вашето мнение е важно, напишете го!

Add your comment below, or trackback from your own site. You can also subscribe to these comments via RSS.

Моля не ползвайте нецензурни изрази! Всеки коментар, в който има линк, ще изчака редактор да го провери за спам - забавя публикуването.

You can use these tags:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

This is a Gravatar-enabled weblog. To get your own globally-recognized-avatar, please register at Gravatar.